fbpx

Колонка редакции. Национальный консерватизм приносит пользу лишь реализующим его политикам

Иллюстрация: Брит Кикас

Национальный консерватизм — это идеология, основанная на противопоставлении “своих” и “чужих”, в которой внешняя группа, то есть “чужие”, не имеет тех же прав, что и внутренняя, то есть “свои”, потому что в противном случае внутренняя группа потеряла бы свой привилегированный статус. Этот способ мышления основан на иерархиях и определениях, устанавливающих границу между “нашими” и всеми остальными И оказаться за этой чертой может каждый.

В начавшейся избирательной кампании одна национал-консервативная политическая партия выбрала в качестве своего лозунга “Спасем Эстонию!”. Что это за Эстония, где “мы”, нуждающиеся в спасении, отличаются от “тех”, кто угрожает Эстонии? Где грань между более и менее “нашими”? Кто заслуживает благосостояния, образования, здравоохранения и свободы? Чьи интересы защищают национально-консервативные спасители, в своей риторике называющие страну, культуру и язык сокровищами? Заслуживает ли человек, родившийся в Эстонии, большей заботы, чем человек, приехавший из-за границы? Сколько поколений должно связывать человека с этой страной, чтобы он стал эстонцем в глазах националистов?

Ответов на эти вопросы нет, потому что единственный принцип националистической политической идеологии (которую, по словам Хелира-Валдора Сеедри, разделяют Isamaa  и EKRE) — это популизм. Может показаться, что ценности националистов самоочевидны — нация, государство, культура. Но произвольная линия, разделяющая правильных от неправильных, подвижна, и перемещается в зависимости от того, кто в настоящее время угрожает ядру власти, или кого можно легко использовать в своих собственных политических целях. Это могут быть и бездетные женщины, и русские, и представители ЛГБТ, и небелые, и гинекологи, и популяризаторы сексуального здоровья, и ученые, и украинцы, и правозащитники, и экологи, и феминистки — кто угодно. Может быть, националисты относятся терпимо к отдельным представителям этих групп, особенно к тем, кто противостоит этой самой группе: женщины, выступающие против прав женщин, и ученые, отрицающие антропогенное глобальное потепление, прекрасно служат популистскому делу.

Решение проблем не в интересах популистов

Национал-консервативный популизм прикрывается таинственной завесой “выживания и одухотворенности своего народа”, обещая спасение нации, государства и культуры, и укоряя людей за безразличие к этим ценностям. Таким образом, национал-консерваторы создают внутреннего врага, навешивая в своих целях ярлыки — “красный”, “коммунист”, “левый”, “социалист”, вне зависимости от реальных политических взглядов мишени (см. рекламный буклет национал-консерваторов “Вана Тоомас” 2/2022, оказавшийся в почтовых ящиках таллинцев). В то же время, национал-консерваторы не предлагают никаких решений для той части населения, чью социальную ограниченность постоянно подчеркивает их риторика — создается впечатление, что культурный продукт их избирателей — разгуливающие под бдительным присмотром эстоноговорящих белокожих многодетных гетеросексуальных семей скауты и домохозяйки с флагом в руках. По статистическим же показателям депривация имеет совсем другое лицо.

Целью политиков, по крайней мере в теории, должно быть решение общественных проблем. Однако modus operandi популистов состоит в том, чтобы, наоборот, найти или создать проблему, наличие которой создает видимость необходимости спасения, а значит, повышает их поддержку. Решения же идут вразрез с этой тактикой. Получается, что радикализация и низкие зарплаты на руку национальным консерваторам, потому что они раздражают людей и препятствуют критическому мышлению. Воображая себя крошечным островом, находящимся под угрозой со стороны всех окружающих, мы оправдываем собственную нервозность и паранойю. Проблемы масс иммигрантов, исламизации, гейропы, журналистики глубинного государства, культурного марксизма, гендерно-нейтральных детских садов, переизбытка женщин, делающих аборты, и еврейского мирового правительства превращаются в страшилищ, а главное — никогда не иссякают. Потому что модель автоматически генерирует новых.

Эстонская политика нуждается в альтернативе национальному консерватизму

Радикальные политики, действующие “во имя народа”, стремятся победить любой ценой. Их единственная реальная цель — власть и господство, поэтому националисты считают своим естественным правом причинять боль любому, кто остается по ту сторону черты, разделяющей их от “чужаков”. Движущей силой национальной консервативной внутренней и внешней политики является простая жажда властипод белой вуалью морали, общественных интересов или даже отсутствия стабильности. А жажде власти свойственны нарушенные договоренности, насилие и равнодушие.

Конечно, национал-консервативным популистам нет никакого дела до самих людей. Их не интересует ничего, кроме собственногополитического успеха, за который продается все остальное. Как еще понимать этот единогласный националистический лозунг о том, что народ Украины должен оставаться в горячих точках, чтобы “отстраивать свою страну”, вместо того, чтобы массово бежать от бомб? Ведь не секрет, что многие военные беженцы возвращаются на родину, некоторые всего через пару недель или месяцев. Когда однажды в Украине будет объявлен мир, то разбросанный по миру украинский народ, как и многие другие со всего мира, пойдет строить эту страну.

Изгнание украинцев из Эстонии означает, в первую очередь, подчинение террору путинской России, объявившей себя последователями советского коммунизма. Если национал-консерваторы хотят дружеских отношений с Путиным и делают противоречивые заявления о том, должна ли Эстония по-прежнему быть частью НАТО — ведь это будит российский империализм! — так в чем же на самом деле суть акции EKRE «Спасем Эстонию!» или национальной идеалистичности Isamaa? Кому в Эстонии нужно национальное спасение, или может и у либеральных политических партий есть идеи на будущее? Почему сейчас, в начале предвыборной кампании, вообще не слышно громкого противостояния либералов и контрплана политике патриархального подчинения, неприкрыто ссылающегося на плакат гитлеровской нацистской оккупации 1941 года?

Ajada ukrainlasi Eestist ära tähendab eelkõige allumist Putini Venemaa terrorile, mis on end ise Nõukogude kommunismi järjeks kuulutanud. Kui rahvuskonservatiivid tahavad sõbralikke suhteid Putiniga ja annavad segaseid sõnumeid, kas Eesti ikka peaks kuuluma NATOsse – mis Venemaa imperialismi peletab! – siis mida täpselt EKRE „Päästame Eesti!“ või Isamaa aateparteilisuse sisu endast kujutab? Kes Eestis vajab natsionalistlikku päästmist või on ka liberaalsetel erakondadel mingi tulevikuidee ette näidata? Miks ei ole nüüd, valimiskampaania alguses, üldse kuulda liberaalide valjut vastuhäält ja vastuplaani patriarhaalsele allutamispoliitikale, mis varjamatult Hitleri natsiokupatsiooni 1941. aasta plakatile viitab? 

2
FacebookTwitterEmail

Читайте также

Маша Гессен: Трамп обещает привести нас назад в воображаемое прошлое, где белый мужчина обладает безраздельной властью

На состоявшейся в нынешнем году конференции имени Леннарта Мери в серии дискуссий Открытого фонда Эстонии «Голоса России» выступила Маша Гессен,…